Ёж, не возьмёшь! Эту советскую разработку немцы вывозили как ценный трофей

70 лет назад, 19 октября 1955 года, в Москве скончался человек, для организации похорон которого Министерство обороны СССР выделило даже автобусы. Но количество желающих проводить его в последний путь было таким, что автобусов не хватило…

Это был не прославленный полководец, не знаменитый лётчик-ас или танкостроитель. Люди прощались не с героем, а просто с генерал-майором в отставке Михаилом Гориккером, который помогал своим соседям, за что те прозвали его «наш генерал». Но если бы стало известно, что именно создал Михаил Львович буквально в первые дни войны, то желающих проститься с ним было бы ещё больше, а гроб с его телом несли бы до Введенского кладбища на руках. Дело в том, что Гориккер изобрёл противотанковые ежи. Те самые, которые стали одним из символов Великой Отечественной войны. Те, что помогли стране в этой войне устоять.

Рогатка, да не та

Собственно, танк как отдельный вид вооружения был рождён позиционным кризисом Первой Мировой войны, когда несколько пулемётов за деревянными рогатками, опутанными колючей проволокой, превращались в непреодолимое препятствие для пехоты и кавалерии. Средством прорыва такой обороны как раз и стали танки, разносящие вдребезги все заграждения и неуязвимые для пулемётного огня.

Российский танк-вездеход периода Первой Мировой войны. Фото: Public Domain

Как остановить тяжёлый и сравнительно быстрый танк? А вот как: мы остановим его ещё более тяжёлыми штуками, например, железобетонными надолбами. Или противотанковыми рвами. Или массивными металлическими рогатками, которые затормозят бронетехнику, подобно тому как деревянные рогатки Древнего Рима тормозили разбег галльских боевых колесниц. Последнее изобретение, кстати, во всём мире называют «чешским ежом». И на первый взгляд эта шестиконечная металлическая рогатка, сваренная из трёх кусков стального проката, похожа на наш противотанковый ёж до степени смешения.

Что даёт недоброжелателям формальный повод обесценить изобретение Михаила Львовича. Дескать, никакого изобретения и не было, просто этот ваш Гориккер подрезал чужую идею и выдал её за свою.

Российский Царь-танк (танк Лебеденко) периода Первой Мировой войны. Фото: Public Domain

Начальник за партой

Могло так быть? Теоретически — да. Но биография Михаила Львовича красноречиво демонстрирует — это не такой человек, который ищет где лучше и опускается в подобных поисках до воровства. Он родился в январе 1895 года в городе Бериславе, что в Херсонской губернии. Работать начал в 13 лет — сначала учеником слесаря-кузнеца, а к 20 годам дорос до мастера кузнечного цеха в слесарно-механической мастерской. Потом была Первая мировая, куда Гориккер отправился рядовым. И пулям на фронте он не кланялся, чему свидетельством два солдатских «Георгия» и несколько ранений, одно из которых, полученное в 1917 году, надолго отправило его в госпиталь. Подлечившись, он снова отправляется на фронт, но уже Гражданской войны. А в 1925 году Гориккер становится главным инспектором Главного управления военно-учебных заведений Красной армии.

Михаил Гориккер. Фото: кадр видео

И вот тут происходит нечто такое, чему трудно найти объяснение. В 1929-м Гориккер становится слушателем только что созданного бронетанкового отделения при артиллерийском факультете Военно-технической академии имени Дзержинского, которое позже вырастет в Военную академию бронетанковых войск… Но дело не в этом. Просто оцените такой поворот: начальник всех военно-учебных заведений сидит на лекциях и семинарах наравне с курсантами!

Впрочем, окончательно Гориккер с военной педагогикой так и не расстался. Да, он получил специальность военного инженера мотомехвойск и уже в этом качестве был назначен в 1934 году начальником Московского танко-технического училища. Что, согласитесь, существенно ниже прежней должности инспектора всех армейских учебных заведений. К тому же в 1938 году училище под его командованием перевели из столицы СССР в Киев. А на самого Гориккера возложили дополнительную тяжёлую ношу — ко всему прочему он стал начальником гарнизона города.

Сюрприз для танка

Что такое начальник гарнизона Киева в первые недели после 22 июня 1941 года, объяснять нет нужды. Непрерывные бомбардировки, организация, с одной стороны, обороны, а с другой — эвакуации заводов и учебных заведений… Словом, кромешный ад. Но в этом аду, в условиях страшной нехватки времени, Гориккер всё-таки успевает заниматься исследованиями. И понимает, что чешские ежи могли бы остановить вражеский танк только за счёт своей массы и фиксации на поверхности. То есть перебороть машину собственной тяжестью, размером и неподвижностью. Конструкция Гориккера, хоть и была внешне похожей (но при этом она в несколько раз меньше), основывалась на другом принципе.

Противотанковые ежи конструкции Михаила Гориккера, установленные в Москве. Осень — зима 1941 г. Фото: Public Domain/ Борис Вдовенко

Танк спокойно наезжает на препятствие (в случае с чешским это физически невозможно), а затем оно перекатывается танку под днище. И тут — сюрприз! Один из концов ежа принимает вертикальное положение и приподнимает танк, лишая его гусеницы сцепления с грунтом. А потом ёж перекатывается ещё разок и — извольте! Танк «сидит» уже не на земле, а на нём. И двигаться не может. Иногда балка ежа и вовсе пробивает днище танка, выводит из строя ходовую часть, рвёт маслопроводы, корёжит катки и гусеницы…

Вот заключение комиссии, которая присутствовала 3 июля 1941 года на испытаниях: «Препятствия „шестиконечные звёздочки“ являются эффективным противотанковым заграждением, этот вид заграждения можно широко применять».

Боевой путь «Звёздочки Гориккера»

Да, в Киеве «звёздочки Гориккера», как иногда называли эту конструкцию даже в документах, ещё не успели проявить себя как следует. Их тогда сделали в количестве 700 штук, в то время как на 1 километр фронта требовалось около 1,2 тысячи. Но в обороне Москвы и Ленинграда, Тулы и Сталинграда, да и в любой момент перехода РККА к обороне, этим «звёздочкам» буквально не было цены. Ров и надолбы, вкопанные в землю, не перетащишь за полсотни вёрст, а ежи, которые весили по 200 килограммов, — запросто. Более того — изобретение оценил и противник. Любопытный факт: в 1944— 1945 годах наши танкисты обнаружили, что немцы выставили против них ежи, которые вывезли из СССР в качестве трофеев. Правда, немцам они не помогли…

Мемориальная доска на доме, где жил Михаил Гориккер, на Тишинской площади в Москве. Фото: кадр видео